На этот раз я не видел, как мы выходили из залива. Сигнал тревоги позвал меня в румпельиое отделение. По боевому расписанию здесь должен находиться и рулевой старший матрос Криворучко, но перед самым выходом в океан у него поднялась температура, и корабельный врач отправил его в госпиталь. Кстати, на корабле появился
еще один врач, говорят, хирург. Это тоже было косвенным признаком того, что уходим надолго.
Хозяйство в румпелыюм отделении попроще, чем в ходовом посту, — приборов меньше, зато есть штурвальное колесо. Им пользуются только в том случае, если выйдут из строя приборы управления в ходовом посту и придется перейти на управление из румпельного отделения. Но это колесо придает мрачноватому и тесному отсеку романтический вид и скрашивает мое горькое одиночество. Кстати, фотографию с «колоритом» я уже отослал домой и сейчас мог с чистой совестью утверждать, что не погрешил против истины.
О том, что происходит наверху, я узнаю по показаниям приборов и доносящимся из динамика командам. Меня они пока не касаются, хорошо бы воспользоваться столь редкой возможностью спокойно, в одиночестве, кое
над чем поразмыслить. Но мысли ворошатся как-то беспорядочно, ни на одной из них не могу сосредоточиться»
Интересно, куда мы идем? Если в тот самый район, где, как сообщил замполит, дежурят три американские атомные подводные лодки, то это действительно надолго. Наверное, там несут службу и наши противолодочные корабли, и один из них мы должны сменить.
Воронина на гауптвахту не отправили, старший лейтенант Зозуля сказал, что отсиживать ему придется после похода.
О том, что будет со мной, пока неизвестно, хотя командир, наверное, уже принял какое-то решение и, очевидно, объявит его тоже после похода. Скорее всего, мне влепят выговор и дадут парочку нарядов вне очереди, а что отпуск мне теперь не угрожает, так это уж совершенно точно. А было бы неплохо побывать дома. На моей памяти в нашем сухопутном городке моряк появлялся только один раз, лет шесть назад. Теперь-то я знаю, что он был в звании главного старшины, но производил впечатление не меньшее, чем адмирал. За ним неизменно тянулась толпа мальчишек, но подойти к нему мы почему-то не решались. Наверное, потому что на улице он появлялся не один, а с девушкой. Ее мало кто знал, она приехала в наш город недавно и работала бухгалтером в райпотребсоюзе. Девушка была очень красивой, и главный старшина увез ее с собой куда-то на Тихий океан.
