«Такое вероломство! — реагировал на это событие очередной клиент Копыча, сидя на разножке и размахивая рюгой в дырявом носке; ткнув в дырку указательный палец, он грустно вопросил: — Если мы будем экспортировать... — и усомнился: — или импортировать? — и, вынув палец из дырки, ткнул им в тельняшку Копыча, — ...для флота
наших невест, то кто же здесь будет носки штопать?»
Клиент работал в той же бухгалтерии райпотребсогоза, но счетоводом.
«А разве ты сватался к ней?» — удивился Копыч. Удивился вполне натурально, потому что в нашем маленьком городке, где каждый друг о друге знает все, события и меньшего значения, чем сватовство, не остаются незамеченными. «Нет, но...»
«Тогда сам и штопай!» — резюмировал Копыч. «Но это же не мужское дело!» —возмутился счетовод. «А, сто ты понимаес в муских делах...» — отмахнулся Копыч, хотел что-то пояснить, но, задрав голову и убедившись, что я сижу на подоконнике, воздержался от дальнейших пояснений и, выдернув изо рта гвоздь, одним... ударом загнал его в подметку по самую шляпку.
Интересно, пошла бы эта красивая бухгалтерша замуж за столь невзрачного счетовода, не появись в городе главстаршина?
Может, и мне жениться на Иришке? Через полтора года мне будет положен очередной отпуск, я мог бы появиться вместе с нею. Не знаю, как отреагировали бы на это нынешние мальчишки нашего городка, а вот маму такое явление повергло бы в жесточайшее уныние. Она же до сих пор считает меня ребенком, вот и в последнем письме пишет, чтобы я потеплее одевался и не промочил ноги. И у меня нет ни малейшего сомнения в том, что ни °Дна девушка, какую бы ни привез я ей в невестки, не может ей понравиться...
Момент, когда корабль вышел из залива, я отметил сразу. Сначала меня стукнуло головой о штурвальное колесо, потом бросило на правый борт. Не успел я там за что-нибудь ухватиться, как меня поволокло по палубе к левому борту. Корма ходила ходуном: то резко подпрыгивала вверх, и за бортом взвизгивали обнаженные гребные винты, то косо проваливалась в бездну. Наконец мне Удалось ухватиться за телефонный ящик. Крепко обняв
быть, ветер раскачал океан давно или шторм прошёл где-то далеко, а сюда донеслись лишь его отголоски. '
