«На кой лях тебе надо было разводить эту брань из-за какого-то мыша, ну и пусть бы утопила, тебе-то что до этого?» — подсмеивались ребята. «У мыша и так жизнь несладкая, и отведено ему на жизнь мало, и не за что его топить, пусть живет».
Но и дома председательша не «поговорила», как обещала, и возмездия за спасенного мыша не последовало. Где-нибудь и теперь живут его прапрапра. И не знают, что ихний родитель чуть-чуть не был утоплен когда-то при разгрузке дров.Да нет, нельзя всякий сердечный поступок на Федосеевы корни списывать, этак полмира родней окажется. А он, может, и добрый-то был оттого, что слабый был и ружья у него не было. А будь сильнее, он, может, сразу бы и накостылял тому, кто ему в лицо тогда плюнул. Но раз тот приполз извиняться, стало быть, выдержка и правда Федосеевы оказались сильнее плевков и кулаков, так или не так?
Все хорошо в родном селе, особенно издаля, но нет добра без худа. Раз в год, а то и два, когда тают льды в горах Алтая и идет коренная грунтовая вода, Быстрый Исток затапливает сплошь. Село из приветливого хозяина становится похоже на ободранного странника. Большие льдины в село не попадают, но вода творит свой разгул захватом, унося с собою все, что можно унести, нередко и живое. По улицам ходят катера, мальчишки друг к дружке на плотах сплавляются, кто-то из взрослых наживается на беде. В небе стрекочут вертолеты, сбрасывая продукты, снимая людей с крыш, унося их к могилкам, на гору, где повыше. В такие чрезвычайные моменты райком комсомола собирает всех комсомольцев на борьбу с водой. Днем и ночью дежурят они на лодках, спасая всякую живность, наблюдая за уровнем, за порядком... Чтобы не уснуть, поют песни, играют на гармошках, и ночью, если глядеть со стороны, беды в деревне вроде и нет, а даже наоборот. Новый текст
