· Прочитал в классе, хотел в журнал отослать, но меня опередил директор: «Если,— говорит,— ты будешь писать пасквиль на нашу школу, аттестата тебе не видать как собственных оттопыренных ушей». Ладно, думаю, затихну, скромным стану до окончания школы. Опоганили слово... к делу и не к делу стали им швыряться. Мы, простые люди... шпунтики... винтики... а в целом — великий народ. Так не бывает, из нулей целое не складывается...
— Стае! — окоротил его хозяйским жестом Керосин.— Подай мне кусочек сала и не заводи эту слесарную бодягу со шпунтами и винтами. Сходи лучше за чайником.Стае повиновался.
· А у нас в театре в нескромности и, более того, в наглости обвинили одного пожилого артиста, который, как пенсия подошла, стал требовать звания заслуженного...— продолжал трактат Бензина о скромности Романовский.— Директор с ним по-товарищески беседовал, на месткоме уговаривали, просили освободить место для молодых, помочь театру... нет, уперся, давайте звание — уйду... Вынудил — дали... И никому, конечно, в голову не пришло, что звание, оказывается, давало ему право хлопотать для себя два метра земли на могилу. Он не хотел гореть, он хотел лечь в землю, и чтобы у него была своя ограда, и чтоб кто-нибудь приходил и песочком дорожку посыпал, на скамеечке сидел и цветы приносил. Пусть хоть не слава фамильная от него останется, так хоть ограда могильная...
Новый текст
